I

Одри сидит за столом, не понимая, что, собственно, ей делать с Ашем. Братство не опасно человеку, но ее напрягает эта история с клыками. Если Ашу оставили клыки, потому что он в братстве, значит, это какая-то госпрограмма? Ну просто потому, что по закону каждый вампир лишается клыков. Одри не понимает: Аш врет ей или они просто недостаточно знают о вампирах? Но она действительно не видела, чтобы у кого-то из них хоть немного отрастали после удаления клыки…

Аш крадется к Одри и присаживается на край скамейки, как ребенок, который хочет быть поближе к столу взрослых.

Одри грустно улыбается ему.

— Аш?..

— Что-нибудь сделать для тебя?..

— Нет… Нет…

Одри жаль. Аша — почему-то больше всего. За свои подозрения, от которых она не может избавиться.

Она берет его за руку, чтобы утешиться. Она тоже ради него старается. Ей кажется, старание должно быть обоюдным.

II

Аш прижимается к Одри. Люди вокруг очень добры к нему и периодически треплют его по волосам.

Но Вики быстро пресекает это:

— Аш, пожалуйста, не нервируй других. Давай, милый, отлипни от Одри.

Вики прогоняет Аша, но перед этим ловит его и задирает ему рукав, под которым спрятаны лиловые следы зубов.

Аш шепчет:

— Только не говори ей…

— Если будешь хорошо себя вести.

III

Рассевшись за стол, волонтеры активно обсуждают последние новости:

— В СМИ снова раскручивают серию недавних нападений. Мол, люди незаконно держат вампиров у себя, а затем те убивают и своих, и соседей.

— Каким скотом нужно быть, чтобы довести вампира до такого состояния?

Вики отвечает:

— Достаточно морить его голодом…

— Я слышала, из-за этого всех вампиров с предприятий собираются чипировать, чтобы точно знать, где они находятся. Если закон примут, нам станет сложнее приючать новеньких…

— Интересное, конечно, заявление. Они же в курсе, что вампирское тело буквально отвергает любой металл?

— В теории можно создать без металла, по крайней мере оболочку…

— Мне кажется, они сделают браслеты. На ногу. Как для преступников.

— Я думаю, — говорит Вики, — если о вампирах правильно заботиться, им незачем будет уходить или прятаться… и не придется отслеживать.

— Ну это утопия. А насчет чипирования… Мне кажется, что ни один предприниматель в своем уме не согласится… Все ведь завязано на деньгах. Контролировать — слишком дорого. Когда старые уходят, просто находят новых… Вампиры для них не более, чем расходный материал. Я думаю, гораздо вероятней, что они все-таки либо переведут вампиров на дешевую кровь, либо найдут ей заменитель…

Одри замечает, как после этих слов Вики опускает взгляд. Какой бы выход с кровью власть имущие ни нашли, для вампиров это плохо кончится. Но по какой-то причине Вики, как и Тай, молчит. Может, чтобы не расстраивать других. Может, потому что перемены неизбежны.

Про Тая и его молчание, как ни странно, вспоминает не одна Одри.

— Интересно, почему на эту тему ничего не пишет Коутс? Ни «за», ни «против».

Вики усмехается, берет бокал и говорит:

— Ну… Коутс пессимист.

Вики попадает в точку, как если бы общалась с Таем лично.

Но волонтеры начинают спорить:

— Я бы так не сказала. Учитывая направление его статей…

— Да, мне тоже кажется, он так оптимистичен в отношении вампиров.

— Даже слишком, — улыбается Вики и вздыхает.

Одна из новеньких волонтерок, еще совсем девчонка, Ханна, спрашивает:

— Одри, вы вроде знакомы?

— Да, а что?

— Не знаю… Он не приезжает в центр?

— Ну… Тай старается держаться в стороне…

— Я думала, он любит вампиров.

Одри не знает, как объяснить, что любовь Тая — не то чтобы совсем теоретическая, просто… тяжелая и непроходящая. И есть причины, почему она — издалека.

— Как я и сказала, — повторяет Вики, — Коутс пессимист.

Ханна не понимает:

— Ты считаешь, он не верит в то, что пишет?

— Нет, почему же? Очень верит. В вампиров больше, чем в себя.

Одри вмешивается, чтобы Вики не продолжила:

— Вики, Тай — мой друг, мне бы не хотелось это развивать…

Вики переводит взгляд на Одри и мягко улыбается:

— Я не собиралась о нем плохо отзываться. Думаю, у Тая, как почти у всех нас, непростое прошлое с вампирами, я могу понять.

Одри отводит взгляд. Потому что Вики… уже о нем плохо отозвалась. Просто сказала она лично Одри, а не всем. Это случилось пять лет назад.

Одри не осуждает. Вики — такой человек. Вечно рубит с плеча. Это другая сторона ее лучшего качества, без которого бы все они пропали. Она умеет ставить людей на место. Потому что умеет — видеть. Если не насквозь, то около того. Так что она дала Таю характеристику однажды: «Я называю таких, как он, людьми плохих привычек. К счастью, Коутс достаточно разумен, чтобы держаться подальше. Как держатся подальше от прежних компаний и триггерных ситуаций наркоманы или алкоголики».

И Одри вспоминает об этом лишь сейчас, много лет спустя, и ей становится тоскливо. Как будто Вики оказалась права.

IV

Вампиры разбрелись по двору и прячутся в темноте. Соседская собака из-за них очень взволнована: лает и воет.

Иногда вампиры подглядывают, как проводят время волонтеры. Аш больше подглядывает за вампирами. Как будто ждет, когда они перестанут притворяться безобидными и носиться, как дети, по двору.

Ближе к часу ночи Вики стонет:

— Боже мой, голова пухнет от лая…

Вампиры стихают. Потом собираются все вместе. Долго спорят шепотом: как им убрать собаку? Чтобы не было проблем — и никто потом не думал на новых соседей.

Ашу не хочется смертей. Потому что это всегда навлекает шум.

Он предлагает:

— Я уведу в лес, если другой отцепит…

V

Аш оставляет собаку на опушке, запутывая след. Но, когда над его головой — снова прочищается небо, а ветви остаются позади, он слышит, что собака перестает надрывно лаять и начинает скулить. А потом, коротко взвизгнув, вдруг смолкает.

Ветер шуршит листвой. Аш выравнивает дыхание и поднимает глаза на яркую слепящую луну.

Ему не надо видеть, чтобы учуять другого… и слабый собачий запах, исходящий от него. Аш не понимает. Говорит скользнувшей мимо тени:

— Зачем?.. Это опасно. Вдруг кто-то найдет?..

Тень отвечает:

— У Вики аллергия на шерсть. Она не любит псов.

Потом тень исчезает, и снова становится очень тихо.

VI

Почти все разошлись спать, но Одри сидит на крыльце. Она не нашла Аша. Ждет. И когда он выныривает из темноты, она похлопывает рядом с собой по ступени и спрашивает:

— Не хочешь посидеть со мной?

Аш вроде отзывается с готовностью, но потом словно одергивает сам себя. Он на секунду касается руки Одри и говорит:

— Мне лучше пойти в дом, чтобы не беспокоились другие… Я обещал Вики хорошо себя вести.

Одри оборачивается рассеянно. Но дверь закрывается, и она остается одна.