«Мы распадаемся на любовь,
ты распадаешься на части,
Ты говоришь, что мы недостаточно хороши,
Когда на самом деле
ты просто вне досягаемости».
UPSAHL — Smile For The Camera
I
Весь отполированный лосьонами, благоухающий и румяный, Поля выплыл после неудачного «свидания» из ванной, плюхнулся в кроватку, вспомнил, что его новый телефон на андроиде, и упал лицом в подушку.
Если бы Поля не начал задыхаться, он пролежал бы в этой позе до утра. Но Поля начал задыхаться.
Ему снова не спалось. Он забрал у Моти уже не свой айфон, чтобы перенести контакты, явки и пароли. Между делом поздоровался с отцом: «Ты знаешь, мама по твоей вине никак не выйдет из депрессии и пьет вино…» — и через несколько сообщений получил сумму денег, которую можно было, постаравшись, обменять на счастье, но Поля обменял на свеженький айфон и подарочный сертификат салона красоты. Первое он должен был забрать на следующий день, второе он отправил матушке по почте.
Поля погасил экраны, отнес Моте ее новую игрушку, в темноте ушиб мизинчик и уже решил пустить скупую королевскую, но Мотя спала — и было решительно не для кого.
После своих несчастий Поля долго крутился с боку на бок. Он мучился до трех, пока не психанул. Схватился за телефон, пусть даже на андроиде, написал мальчику-кислоте: «Чтоб ты не выспался…» — и только затем умиротворенно выдохнул и преспокойно уснул крепким сном.
II
После выходки До с маркером Поля собрал, сосредоточил на себе косые взгляды. У Поли были розовые щеки, розовые волосы и розовые кеды — и ни за что из перечисленного он не получил. Поэтому он заскучал.
Поля честно ждал полдня какой-нибудь нелепой выходки с сахарной ватой и барабанил пальцами по парте, глядя на дверь, пока вдруг, посмотрев на Мотины сережки с котиками, не осознал, что ему срочно нужно проколоть ухо или, может, сразу два. Он чуть не подскочил, но вспомнил, что он не До — вот так сорваться посреди урока… Потом вдобавок ко всему он еще и вспомнил, что его бесит, что не До. Короче, Поля кинул канцелярию в рюкзак и степенно кабинет покинул.
— Поляков! Куда собрался?!
Поля аккуратно прикрыл дверь, почувствовал свободу, поправил ошейник, чтобы ровно, поправил волосы, перевел дыхание и чинно прошествовал к кабинету биологии, из которого недавно прилетела фотка До Асида, решившего, что надо схоронить скелет в школьном дворе.
Когда он прибыл, До не оказалось в кабинете. Привыкший к Диме Харисову класс на Полю даже бровью не повел. Девочка с первой парты лениво поинтересовалось:
— Ищешь Диму?
— Ага.
— Он у директора.
Вкус свободы загорчил. Поля спросил:
— А че?
Девочка моргнула, словно попыталась избавиться от дежавю. Потом сказала:
— Так ведь он разрисовал парней…
Поля приуныл, вздохнул и вышел.
III
Поля листал рассылки в поисках уведомления об оплате айфона, когда к нему подкрался До, чтобы схватить его за ребра и прижать к себе. До защекотал Полю дыханием, пока обнюхивал его шею, как песик, и умиротворенно положил подбородок ему на плечо.
— Че, как дела?
Поля стоял с непроницаемым выражением лица, вперив взгляд в стену. И молчал.
До продолжил диалог:
— А че по коридору шляешься?
— Тебя жду.
— Да ты что? Давно?
— Что сказал директор?
До вздохнул, как будто Поля все испортил, но, не отпуская добычи, достал из кармана конфету, развернул перед Полей, уложил себе в рот и зашепелявил, утопив в запахе молочно-клубничной карамели:
— Да там эти… канцелярки педсовета не явились, и мы, короче, за мое беспросветное будущее перетерли так душевненько. Юрич отличный мужик вообще, хотя, конечно, битый… ну, этими, неурядицами жизненными… Ты как-нибудь в гости заходи.
— Ага.
— Так че ты? Говоришь, соскучился?
— Ага. Но я не говорил.
— А ты не брешешь? — До не поверил и склонил голову. — Насчет имени ты набрехал.
— Ты сам это придумал — мое «имя»…
— Ну и че? Ты же не опроверг.
До опять пошарил в кармане брюк, достал Поле леденец и спросил самым невинным тоном, на какой сподобился:
— Не хочешь пососать?
— Что именно?
— Конфетку, Поля, — протянул До укоризненно. — А ты о чем подумал?
— О твоем члене.
До застыл. Открыл в восторге рот. Наклонился еще к Поле.
— Че, Поля, туалет?
— Ага.
До еще раз внимательно обнюхал Полю, как будто пытался убедиться, что его не подменили. Потом попробовал заглянуть ему в глаза — из-за спины.
— Поля, крошка, ты ж принцесса, принцессы — они барышни приличные.
Поля ответил с многоточием:
— У тебя, смотрю, пятерка по истории…
До улыбнулся во все двадцать восемь, отлип от Поли и вздохнул:
— Твоя взяла. Соси конфетку, не хворай. И это… вали уже на свой урок.
— Нет.
— А че?
— Пошли в салон? Прокалывать мне уши.
— Когда?
— Сейчас…
До открыл в восторге рот. Потом закрыл и ласково улыбнулся. Когда До ласково Поле улыбался, это был не До, а чертов Дима. И Дима Поле шепнул:
— Поля, крошка, ну ты че? Ты че? Иди давай учись, come on1! Кто за тебя образование получит? Я, что ли?.. Вперед.
До подтолкнул Полю — к узкой тропе праведной жизни, а тот увернулся — и спросил:
— А фильм не хочешь посмотреть? На биологии…
Соблазн был так велик, что Дима с До не совладал. Делать было нечего. Скоморох вернулся почти сразу, открыл принцессе дверь и склонил лохматую голову.
— Ладно, чувствуй себя, как дома.
Поля ничуть не колебался.
IV
До решил «просвещать» или протемнять Полю «Сумеречной сагой». Он сказал, что там такая же унылая принцесса, и ее играет его любимая актриса.
Биология закончилась раньше, чем реклама перед фильмом. На перемене До выпросил у одноклассника наушники, а на истории разделил с Полей провода. Он положил на парту ноги. Потом подумал и наклонил голову Поли себе на плечо, чтобы вообще все романтично было. Поля не сопротивлялся. Они затихли. И, может быть, впервые за все десять лет До не сорвал урок.
И даже когда Поля отрубился после нервозной ночи.
До умилился, а на вопросительный взгляд сказал учительнице, кивнув на Полю:
— Весь в меня…
Она была историцей и, даже несмотря на досадно непривычное уху окончание, относилась к касте людей, цель образования которых — делать прогнозы, исходя из прошлого. В общем, она вздохнула, предвкушая:
— Господи, теперь он не один…